Один из ярких политических деятелей прошлого – первый виконт Герни Болингброк Сент-Джон – считал историю собранием путевых дневников тех, кто путешествовал по одной и той же стране и испытывал одни и те же невзгоды; их удачи и неудачи одинаково поучительны. Поэтому в преддверии 5-й годовщины провоз-глашения ДНР сегодня в рамках инициативы Общественного Движения «Донецкая Республика» «Вспоминаем вместе» мы делимся «революционными дневниками» депутата Народного Совета ДНР Клавдии Кульбацкой. С чего начиналась летопись нашего молодого государства, через что пришлось пройти на пути к свободе – узнаем сквозь призму воспоминаний нашей собеседницы – участницы исторических событий 2014-го.

«Наши взяли ОГА!»


— Мое мировоззрение перевернулось в январе, — рассказывает Клавдия Юрьевна. — Случайно увидела ролик в интернете, где раненому бойцу «Беркута» не оказали медицинскую помощь. Его привезли в больницу, но доктор, скрестив руки на груди, сказал: «Это же «беркутовец». Выносите его». Тогда в моей голове что-то щелкнуло. Как такое может происходить в ХХI-м веке, в цивилизованном обществе? Раненого человека просто выкинули умирать, не оказав ему помощи!

Тогда сердечный порыв нашей героини вылился в личный протест, и Клавдия, как и многие жители Донбасса, не смогла остаться в стороне от судьбоносных событий.


— 3 марта мы первый раз захватили здание ОГА, — с почтительной гордостью вспоминает депутат. — Нас пугали тем, что приехали бандеровцы и уже поднимаются по проспекту Ильича. Но благодаря своевременным действиям наших мужчин на горизонте никто так и не появился. Ожидая дальнейших распоряжений от Павла Губарева, который накануне, 1 марта, объявил себя народным губернатором, решили ночевать в администрации. Начиная с третьего этажа здания, никого уже не пропускали – заварили железную дверь, чтобы заблокировать вход. На первый этаж, где сегодня расположена гардеробная, ребята влазили через окно.

Так как решено было заночевать, предложила привести в порядок окна и убрать мусор. Ребята приносили матрасы и оставались там. Около полуночи решила подышать свежим воздухом – сумбурные события дня оставили в душе густой осадок. Вышла на улицу и встретила бывшего начальника милиции, с которым мы были знакомы. Он спросил: «Что ты здесь делаешь?». А я и говорю: «Это же наша Родина. А если пошли уже массовые протесты, значит, нужно быть здесь. Интересно, что будет дальше». Он заверил меня, что все хорошо, штурма не будет. Поэтому после двух часов ночи отправилась домой.
На следующий день протестующих выгнали из Дома правительства. Сказали, что на одном из этажей заложена взрывчатка.

5 марта состоялся повторный штурм.Тогда возле здания обладминистрации было огромное количество людей. Вереница роковых событий продолжила свой календарный ход.

— 5 апреля в народе прокатилась волна негодования и возмущенного ропота, звучали вопросы: «Зачем мы бесполезно здесь стоим? Очень трудно добираться…» и т.д. – говорит наша собеседница. — Многие действительно приезжали издалека. К примеру, большие группы на автобусах прибывали из Мариуполя. Судя по всему, это были работники металлургического комбината «Азовсталь» и машиностроительного завода «Азовмаш».
Тогда и я вернулась домой с некоторым разочарованием. На следующий день совершенно не было желания куда-либо идти. Казалось, что мы стоим на месте. Никакого прогресса нет. Вечером вышла в магазин и от знакомого кассира услышала невероятную новость: «Наши взяли ОГА!». «Что же теперь будет?» — такие мысли в унисон звучали в нашем сознании.

Конечно, бегом побежала на бульвар им. Пушкина. Мы обосновались с правой стороны входа, возле ступенек. Утром начали завозить песок, мешки, шины. Смотрю: все просто стоят без дела. Спросила, что нужно делать – строить баррикады. Оказывается, некому было организовать процесс. Тогда я взялась за работу. Одной, конечно, было неудобно. Поэтому сразу со всех сторон подбежали мужчины, чтобы помочь. Так закрутилась работа. Тогда познакомилась с прекрасными и светлыми людьми – Сергеем из Красноармейска, Сергеем из Херсона, ребятами из Донецка и моего родного Селидово.
По словам Клавдии Кульбацкой, баррикады строили весьма интересно – оставляли особенные «туннели» внутри и пускали колючую проволоку по верху. Все это для того, чтобы можно было задержать прорыв.

— На тот момент это казалось чудным. Но сейчас я понимаю, что из соседних многоэтажек в нас запросто могли выстрелить снайперы, — спустя годы, сделала вывод наша героиня.

И вот вскоре наступило 7 апреля. Никто не остался равнодушным к народной воле и делу строительства нового общества, что приятно удивило Клавдию Кульбацкую:
— Подходили люди, в том числе бизнесмены, которые спрашивали, что нужно, и ехали покупать все необходимое.

Помню, приходилось закупать много фонариков, так как в любой момент вечером могли отключить свет, что однажды и произошло. Тогда пошел слух о том, что к нам направляются 5 машин с «омоновцами». Женщины, которые были возле Дома правительства, встали вперед и взялись за руки. Их просили отойти в безопасное место, но русские женщины не уступают в отваге мужчинам. «Сначала пусть стреляют по нам. У них ведь тоже есть матери, дочери и жены. Посмотрим, есть ли у них совесть», — говорили они.

Но по-настоящему переломным моментом в прозе тех событий стало провозглашение Донецкой Народной Республики 7 апреля.

— Горжусь тем, что я была свидетелем этого исторического момента. Когда Денис Владимирович Пушилин вышел на улицу, в его адрес посыпались вопросы от взволнованных людей. Тогда меня поразила чистота и уверенность его ответов. Это вызывало уважение. Возникло твердое ощущение, что мы на правильном пути.

На страже правды вместе с мастерами пера

— В тот день на заседание пытались попасть журналисты. И почему-то все заходили с моей стороны, — продолжает писать свой дневник истории наша собеседница. — Первый корреспондент, с которым я познакомилась, работал на телеканале «Россия 1», «Россия 24» — Андрей Руденко. Он хотел попасть на пресс-конференцию, но для того чтобы пройти, комендант попросил оформить для него аккредитацию вручную. Я быстро написала на листике его имя, место работы и должность – получилось своего рода первое аккредитационное удостоверение. Он по сей день хранит его, чтобы потом подарить музею. Это ведь память.


К счастью, у меня всегда с собой были блокнот и ручка. Поэтому в течение нескольких дней успела записать всех корреспондентов, которые заходили в Дом правительства. К слову, с 9 по 10 апреля аккредитацию в Республике прошли более тысячи журналистов.
10 апреля мне позвонили из пресс-центра Республики и предложили работать с журналистами.

Информацию о происходящих событиях Клавдия Кульбацкая получала благодаря связи с жителями населенных пунктов Республики, бойцами, которые стояли на блокпостах.

— Однажды позвонила очень хорошая знакомая и сообщила, что со мной желает пообщаться ее одноклассник, выпускник военного училища из Полтавы. Он работал на военном аэродроме. Вот так появилась связь с человеком, который передавал все координаты, когда к нам вылетали «Сушки». В 2016 году его арестовали. Но через год он попал в список обмена пленными, и мы его забрали.

Клавдия фиксировала все, понимая, что любая информация может быть полезной в стремительном потоке тех дней. Сохранила она и данные о первых погибших ребятах:
— Самый первый парень, который погиб у нас на блокпосту в Карловке, – Андрей Кривошей из батальона «Восток». Сам он из поселка Горняк. Помню, мы ездили на похороны… У меня по сей день хранится список первых погибших ребят – их было 15.

«Вот бы нам и Запорожье так поднять!»

Наша собеседница вспомнила еще один любопытный эпизод, заслуживающий упоминания в повести рождения нового государства:

— Как-то наши ребята попросили меня спуститься ко входу Дома правительства. Там стояли незнакомые парни – на вид очень уставшие. Оказалось, они из Запорожья, но ехали из Луганска (от ред. – на тот момент в ЛНР шли активные боевые действия), просились на ночлег. Я провела их к коменданту. Ранее нас предупреждали, что могут возникать разного рода провокации, но в этой ситуации было сразу понятно, что ничего подобного за этим не стоит. Ребята умылись, на втором этаже их покормили и разместили в зале заседаний: кто-то умостился на кресле, кто-то на полу. Утром они уехали. Но перед отъездом на прощание поделились своей искренней надеждой: «Какие вы молодцы! Вот бы нам и Запорожье так поднять!».

Потом эти ребята стали одними из «300 запорожцев», которые несколько часов сдерживали натиск украинских националистов 13 апреля 2014-го в родном городе. К счастью, все остались живы, хотя и получили ранения.

Спектакль на блокпосту

— Еще один интересный случай в моей памяти связан с Андреем Руденко, — акцентирует Клавдия Юрьевна. — Пошел слух о том, что украинские военные, которые стоят на блокпостах в Красноармейске, начинают бунтовать, ведь им не платят зарплату, нечего есть и пить. Так вот, вместе с Андреем, предварительно закупив несколько блоков сигарет и воду, мы отправились в путь.

На въезде в Красноармейск притормозили. Мой спутник еще не успел ничего сказать, как я вышла из машины. Вижу – стоит парень, подошла, поздоровалась. Спрашиваю: «Вам вода, сигареты нужны?». Он так сурово на меня смотрит и отвечает: «Пани, еджи дом». В ту же минуту подбежал военный с автоматом и грубо закричал: «Быстро села в машину и уехала!». Резко открылась дверь автомобиля, Андрей взволнованно вторил: «Быстро в машину! Быстро в машину!». Бегом села, а он мне: «Ты с ума сошла? Они же со всех щелей полезли! Наверное, нас уже ждали».

Красноармейск остался позади. Подъехали к блокпосту. На нас сразу направили дуло автоматов. К счастью, в то же время туда прибыли и другие журналисты, в том числе иностранные. Тогда они позвали своего командира, который спокойно обратился к нам:

— Зачем вы приехали?

— Чтобы узнать, нужно ли вам что-нибудь – вода, сигареты? – смело ответили мы.

В ответ он не спеша открыл свой кошелек – там лежала солидная пачка денег, достал сигареты «Parlament» — далеко не дешевые по тем временам и говорит: «Зарплату нам выплачивают вовремя, у нас все есть – и вода, и продукты». Потом обернулся к своим бойцам и строго спросил: «Я правильно говорю?». В ответ они утвердительно закивали.
Было понятно, что их предупредили о нашем приезде. К тому времени одна из российских журналисток тогда все же умудрилась заснять сюжет, в котором украинские военные рассказывают о том, что денежное пособие им не выплачивают, ротации нет, да и есть уже нечего.

Андрей по сей день вспоминает этот случай и приговаривает: «Из-за твоей бесшабашности все могло быть и хуже. Поехали и напоролись на поляка…».


Один путь с Россией – желание народа

— Накануне референдума мы несколько раз были в Красноармейске – там проходили масштабные митинги, — продолжает рассказ депутат. — К сожалению, исход их референдума был отравлен трагическими событиями – один человек погиб, один получил ранение. Заехал батальон «Азов» и начал расстреливать людей. Тем не менее, все получилось.

Важно отметить, что один из избирательных участков располагался просто на лавочке в парке. Однако к вечеру они умудрились привезти все бюллетени – правильно оформленные, с протоколами. Когда народ сплочен одной идеей – для него нет преград.
Сегодня точно знаю, что все произошло не зря – это было наше общее желание, воля сердца – следовать по Крымскому пути. И у нас все получится!

Беседовала Алиса Садекова.