Мелодичный, бархатный, манящий меццо-сопрано Дарьи Терещенко я впервые услышала на творческой встрече литературного журнала «Рассвет» — она страстно и чувственно исполняла великолепную арию Кармен, завораживая публику сильным и чарующим голосом. Под эти чары попала и я. Оказалось, что талантливая певица – солистка Донецкого театра оперы и балета Дарья Терещенко – нежная Ольга Ларина и роковая Кармен.


О непростой, яркой и насыщенной искусством жизни юной оперной дивы читайте в нашем интервью.


Работа без выходных и «школа жизни»

Дарья, расскажите, пожалуйста, о своей любви к пению. Она зародилась в вашем сердце еще в детские годы?

В детстве мне нравилось вместе с сестрами выступать на семейных праздниках: мы и пели, и танцевали, и воображали из себя артистов. Наверное, с тех пор меня пленило ощущение счастья, когда ты даришь хорошее настроение людям. А вот певческий талант раскрылся позже.

Где обучались вокальному искусству?

В 10 лет я поступила в музыкальную школу обучаться игре на фортепиано. Но, увы, с этим инструментом у меня отношения не сложились. Тогда мне предложили поступить на вокальный отдел. Первая учительница Александра Антонова пробудила во мне огромную любовь к вокальному искусству, воспитала трудолюбие и волю, научила не сдаваться и упорно идти к намеченным целям. Затем окончила хоровой отдел Кировоградского музыкального училища (от ред. – Кировоград – родной город нашей героини), где вокал преподавала Оксана Шпудейко – талантливейшая певица, солистка камерного муниципального хора имени Любовича, замечательный педагог. Она воспитала во мне лучшие черты солиста – трудолюбие в работе над качеством звучания и техникой голоса. Именно в те годы я сделала осознанный выбор будущей профессии. Помню, меня особенно поддержала горячо любимая бабушка.
Но все же в училище ещё во мне видели дирижёра хора и часто говорили: «пение мешает дирижировать», что впоследствии оказалось совсем наоборот. Сегодня дирижерское образование мне очень помогает в работе над произведением.

Наверняка обучение не ограничивалось только учебной программой?

Конечно! В нас воспитывали пытливый ум. Нужно было научиться не только красиво и чисто петь или дирижировать, но уметь мыслить, наполнять смыслом каждое действие на сцене. Очень важно понимать культурную атмосферу произведения, чувствовать творческое настроение искусства того времени. Поэтому нас воспитывали интеллигентными и эрудированными артистами. Нашу «культурную группу» курировал Юрий Любович, дирижёр и художественный руководитель Кировоградского камерного муниципального хора. Его мудрые советы и наставления я с благодарностью вспоминаю по сей день.

А затем вы продолжили обучение в Донецкой музыкальной академии имени Прокофьева…

Верно. Был сумасшедший конкурс – четыре человека на место! Поэтому подавала документы на заочное отделение кафедры хорового пения. Но когда я спела на прослушивании, мне настоятельно посоветовали подать документы на очное отделение. Я рискнула и поступила на кафедру хорового дирижирования пятой по рейтингу и успешно прослушалась в камерный хор Алиме Мурзаевой. Коллектив на тот момент уже много гастролировал по Украине, а в годы войны посетил фестиваль-конкурс в Белгороде. Я принимала участие как дирижёр-хормейстер и взяла первое место. К слову, вместе с кировоградским хором мы тоже побывали во многих странах — в Польше, Чехии, Эстонии, Вене, Латвии.


В академии мне, на тот момент студентке III курса кафедры хорового дирижирования, предложили поучаствовать в концерте, посвященном Чайковскому, и исполнить романс «То было раннею весной» (аккомпанировала Светлана Кривонос). Это было мое первое полноценное взрослое сольное выступление. Класс сольного пения вела у дирижёров Заслуженная артистка Украины Зинаида Полищук. Она первой услышала во мне голос и природу, которую можно развить.


Судьбоносный толчок произошел именно после концерта и преждевременного ухода моей бабушки, которая очень хотела, чтобы я поступила на вокал. В этом же году я успешно сдаю вступительные экзамены и меня принимают сразу на II курс кафедры академического пения в класс Зинаиды Яковлевны. Это мой главный учитель, мировой педагог, огромнейшего таланта певица (25 лет служила ведущей солисткой Донбасс Оперы) и прекрасный человек. Обучение было жёстким. Я прошла настоящую ломку и закалку характера, такую бесценную профессиональную и жизненную школу, что не найти слов благодарности, их всегда будет мало.


Театральное волшебство Донбасс Оперы

Расскажите о ваших первых шагах в профессии…

Первая серьезная работа в оперной студии академии – партия Любаши из оперы «Царская невеста» Николая Римского-Корсакова. С момента участия в этом спектакле во мне зажглась мечта петь на оперной сцене. В 2017 году меня пригласили на прослушивание в стажерскую группу театра (от ред. – Дарья только окончила III курс обучения на кафедре академического пения), которое успешно прошла. Первой партией в театре стала Дуняша из той же оперы.

Быть оперной певицей – это дар, талант или труд?

В современном мире искусства – это целый комплекс: дар, талант, труд, характер, воля, выносливость, харизма, вкус, внешность, актёрская подвижность, психологическая устойчивость и, конечно же, светлый ум и крепкое здоровье!

Какие вокальные партии доверены вам в Донбасс Опере? Какие из них наиболее дороги сердцу?

Прежде всего стоит сказать, что в нашем театре богатый репертуар детских спектаклей, где можно раскрыться ярко не только как вокалисту, но и как драматическому артисту.


Поэтому в моем оперном репертуаре не только классические партии: Дуняша – «Царская невеста»; Ольга – «Евгений Онегин», Миловзор (Полина) – «Пиковая дама»; Джованна – «Риголетто»; Анина — «Травиата»; Марта — «Иоланта»; Сузуки — «Мадам Баттерфляй»; Вольпино – «Аптекарь»; Соло альта – «Торжественная вечерня»; Соло – «Танго… история любви»; Свинья-копилка – «Стойкий оловянный солдатик»; Степанида – «Царевна-лягушка»; Гингема – «Волшебник Изумрудного города»; Голена — «Двенадцать месяцев»; Аленушка – «Новогодние приключения».


Каждая партия дорога сердцу, потому что благодаря им я профессионально росла, приобретала сценический опыт. Мне очень запомнилась работа над партией Полины в 2018 году. Это был первый опыт участия в постановке спектакля с петербуржским режиссёром Юрием Лаптевым. Интересной была роль озорного, харизматичного и находчивого юноши Вольпино из «Аптекаря». Дорога моему сердцу и Сузуки из «Мадам Баттерфляй» — первая серьезная объемная партия на итальянском языке. Также отдельно хочется отметить проект «Stabat Mater» Дж. Перголези под руководством дирижёра Алексея Горобца.

У вас довольно разноплановые роли. Как вам даётся такое многообразие?

Современный мир оперы, как и любой вид искусства, развивается и совершенствуется. В наше время не интересны просто артисты с красивым голосом. Они должны быть подвижны и в актерском плане. Я, работая над партией, делаю подробный анализ образа, чтобы он был достоверным и убедительным. Жизнь образа состоит из мелочей – движение тела, взгляд, даже ширина шага важны. Ключик в том, что каждая партия требует изучения эпохи и даже грима. В этом очень помогают и режиссеры театра, дают направление и корректируют ошибки. Ещё хотелось бы выразить слова благодарности Народным артисткам Людмиле Шемчук и Тамаре Лагуновой – их поддержка и мудрые наставления очень помогли мне в работе.

Всё-таки один из ведущих языков оперы – итальянский. Вы занимаетесь его изучением? На каких еще языках приходится петь?

Да, это родной язык оперы. Конечно, я занимаюсь его изучением и самостоятельно, а также в театре есть профессиональный педагог-коуч по итальянскому Наталья Семибаламут. Также я пою на французском и на русском языках. Но на итальянском петь свободнее и легче.

На кого вы ориентируетесь в мире оперы?

Для меня очень ценно творчество меццо-сопрано Ирины Архиповой, солистки Большого театра. Ее голос всегда звучал сочно и молодо, отношение к музыкальным стилям, культура и вкус – безупречны.
В современном оперном искусстве с удовольствием наблюдаю за творчеством Элины Гаранчи и Чечилии Бартоли, Джойс Дидонато. На мой взгляд, это три самые яркие европейские меццо-сопрано нашего времени. Из русских современных певиц часто слушаю Ольгу Бородину и Екатерину Семенчук (солистки Мариинского театра).

Все певцы – бойцы по натуре

Как вам удается снять усталость голоса?

Лучшее средство – хороший сон и молчание. Но я заметила, что правильное пение тоже лечит. У нас даже существует такая поговорка: «Здоровым и дурак споет». А профессионал исполнит свою партию в любом состоянии. Все певцы – бойцы по натуре. Я не могу не петь.

Как думаете, зрительские овации – это наркотик для артиста?

Оперный зритель должен быть, конечно, подготовленным и эрудированным. Это элитарное искусство. Меня всегда завораживают моменты именно полной тишины в зале и внимательности публики, когда я чувствую, что они и слышат, и слушают меня, понимают и сопереживают. Если получилось подарить любую эмоцию, значит, все не зря, и аплодисменты заслуженные. Само общение с публикой – это зависимость, наверное.

Говорят, что «опера – все равно что супруг с иноземным титулом: содержать его дорого, понять трудно, поэтому лезешь из кожи, чтобы не ударить лицом в грязь». Согласны ли вы с этим?

Кливленд Амори выразился достаточно резко, и мне кажется, что больше это выражение относится именно к публике. Потому что жанр, в котором я работаю, синтетический, и постановка оперы – это дорогое удовольствие (костюмы, парики, декорации). Опера доступна всем, кто захочет ее понять, и тогда она обязательно полюбится.

Находите ли время для личных увлечений?

Так или иначе, все мои увлечения все равно сводятся к вокалу. Я пою в храме Усекновения главы Иоанна Предтечи. Для меня это очень важно. Не могу назвать это увлечением, скорее, это образ жизни, момент перезагрузки и своего рода очищение.

Вы человек творческий – где находите вдохновение?

Вдохновение, кажется, само меня находит. Видишь деток, которые после спектакля кричат «спасибо», и понимаешь, что не зря все, сердца откликнулись. На концерте улыбнулся зритель или растрогался до слёз – вдохновляешься живыми чувствами и эмоциями. Посмотрел на своих коллег и порадовался их успехам – вдохновение дружбой. Просто пройтись по осеннему бульвару, усыпанному золотой листвой, – вдохновение природой. Вдохновение вокруг, стоит только внимательнее приглядеться.

Что пожелаете нашим читателям?

Будьте счастливы здесь и сейчас, не завидуйте и не соперничайте. Замечайте маленькие радости и принимайте их – вы увидите, как на самом деле много поводов для того, чтобы улыбнуться и спеть любимую песню. А, может быть, и в оперный театр сходить!

Любимый рецепт кофе/чая

  • Мой любимый напиток – латте без сахара или зелёный либо травяной душистый чай с лимоном и мёдом. Но самое главное – хорошая компания для чаепития.


Беседовала Алиса Садекова.