Шахта "Италия" - начало ХХ века
Шахта «Италия» — начало ХХ века

…Славный макеевчанин Владимир Топалов, недавно ушедший из жизни, в  прошлом – первый секретарь Горняцкого райкома и директор учебно-курсового комбината ГП «Макеевуголь», после окончания Донецкого индустриального института в далеком 1958-м начинал свой горняцкий путь на шахте им. Кагановича треста «Макеевуголь». А живущий по соседству с Топаловым в тихом и уютном переулке, что недалеко от шахты, известный в нашем городе руководитель-угольщик Николай Димитриенко хоть и начинал трудиться на шахте «Капитальная», тоже немало лет отдал упоминаемому выше предприятию. Удивительным образом судьба соединила на долгие годы этих людей, без остатка посвятивших себя углю и общественной работе. Они первыми поведали автору этих строк факты об истории предприятия, которое в веке ушедшем пережило множество революционных событий, было правофланговой «стахановкой» в период индустриализации углепрома, залечило раны после страшной опустошительной войны, гремело шахтерскими достижениями в 60-80-е годы.


Но вернемся к историческим истокам. Шахта вошла в эксплуатацию в конце 90-х годов XIX столетия. В начале XX века она именовалась «Италия», так как основателями рудника были итальянские промышленники. Тогда же в Макеевке образовалось акционерное общество «Русский горный и металлургический Унион», в составе которого находилось «Русское Донецкое общество каменноугольной и заводской промышленности», созданное в свое время Иловайским.

Будучи в составе «Униона», шахта «Италия» (в некоторых документах фигурировала под названием «Итальянка») пережила страшную трагедию. 1 марта 1912 года в результате взрыва метана на ней погибли 52 человека и 18 были ранены и отравлены газом (четверо из них позже умерли). Как свидетельствует донесение директора рудников Тостивена и директора-распорядителя Оланиона Горному департаменту Российской империи, в момент взрыва на пласте «Алмазный» работали 100 человек.

На следующий день на поверхность подняли 48 тел. Последнего из погибших извлекли только 8 марта. Многие были похоронены за счет общества «Унион» на приходском кладбище, находившемся на месте нынешнего парка им. В. Джарты (все следы захоронений исчезли после Великой Отечественной войны). Перед тем на «Итальянке» был еще один взрыв рудничного газа, правда, с меньшими жертвами.

Славилась шахта углем и геройскими людьми
Но не только печальными событиями стала известна в Макеевке старая шахта. Славилась она в округе своим щедрым углем, трудолюбивыми, геройскими людьми. Один из них, Иван Жур, был сподвижником легендарного Федора Сергеева (Артема) – основателя Донецко-Криворожской Республики и партийного вожака Донетчины. Жур входил в число макеевских ходоков к Ленину. Как сообщается в историческом источнике, во время визита к вождю обсуждался вопрос о наращивании добычи угля на макеевских шахтах: уголь Донбасса был жизненно необходим становившемуся на ноги молодому социалистическому государству. А шахты донецкие были затоплены, житуха на них – впроголодь, на производстве хозяйничала разруха.

03.Вожаки комсомольской и про. организаций Николай Димитриенко и Григорий ЧернышовПо преданию, передававшемуся современниками из уст в уста, беседуя с Журом, Ленин поинтересовался, как обстоят дела с исправными угледобывающими машинами:

– У нас на «Старой Италии» валяется один механизм, – вспоминал горняк, – «Петькой-лодырем» прозвали его шахтеры…

Имелась в виду врубовая машина «Питкерлодер», закупленная прежними хозяевами шахты у англичан.  А шутка горняка насчет ее бездействия пришлась Ленину по душе. Он пообещал угольщикам в недалеком будущем новые отечественные машины. А пока просил передать, чтобы выполнили новый государственный наряд – пусть техника, доставшаяся от капиталистов, поработает на социалистический уголь.

К угольным пластам устремились тогда все, кто работал на «Старой Италии». Правда, к тому времени ее уже именовали по-другому – «Красный Горняк».

«Звучат гудки. Будет уголь – будет хлеб. Он уже здесь, на Донбассе, в поселках шахтер-ских. Он вселяет надежду и пахнет жизнью», – так рассказывала об Иване Журе и его соратниках, о стоящих перед шахтерами задачах тогдашняя газета «Правда».

… Всю свою долгую жизнь прожил старый проходчик Жур в родном поселке, который даже в бытность шахты с именем сталинского соратника Лазаря Кагановича назывался по-прежнему «Италией». Даже после своих шестидесяти пяти спускался в шахту ветеран. Не в погоне за деньгами – у Жура всегда были хлеб и все к хлебу. Его звал гудок — голос родной шахты. Кроме того, Иван Ефимович выступал учителем: раскрывал страницы-пласты, учил молодежь, которая отовсюду сразу после войны приезжала отведать проходческого хлеба…

Когда пришла война…
Шахта была опорной в тресте, отличалась ритмичной добычей, эффективным управлением, общественными инициативами. В годы предвоенных пятилеток рядом со старой шахтой выросла новая, оборудованная по последнему слову техники. С началом немецкой оккупации Макеевки она, как и другие, прекратила добычу угля. Немецкие захватчики до основания разрушили шахту. На поверхности не осталось ни одного сооружения. Были взорваны подъемная машина, копер, ствол, а сама шахта затоплена. И с первых дней освобождения города на ней закипела работа. Старики, женщины, молодежь пришли на шахту, чтобы вернуть ее забои к жизни. Несмотря на колоссальные разрушения, горняки возродили свою шахту всего за два года – на три месяца раньше установленного графиком срока, сделав ее краше и совершенней, чем она была до войны. На подъеме установили новую мощную подъемную машину, увеличили копер, закрепили железобетоном ствол. Подземные магистрали оснастили электричеством. По ним стремительно стали бегать электровозы.

Как писала тогда городская газета «Макеевский рабочий» и как вспоминали старожилы, немцы уничтожили до основания не только шахту им. Кагановича. Они сожгли рабочий поселок, вырубили прекрасный парк, разрушили клуб и баню. Пришлось всерьез позаботиться об улучшении культурно-бытовых условий горняков. Горняки восстановили Берестовский и Центральный поселки. Десятки рабочих семей переселились из землянок и лачужек в хорошие благоустроенные дома. Участники Отечественной войны: переносчик конвейеров Михайлев, крепильщики Самойлов и Проскурин, кадровые горняки Зубков, Улещенко, Мищерин и многие другие – получили новое жилье. Но у новоселов не было мебели, простых вещей домашнего обихода. Местная промышленность еще не могла удовлетворить потребности населения в этих предметах. При шахте был создан специальный столярный цех, в который направили 10 лучших мастеров-краснодеревщиков. Шахтеры получили новые кровати и столы. Шахтные мастерские изготавливали для рабочих ведра, духовые шкафы, замки, заслонки, угольные ящики, бочки. В рабочем поселке восстановили водопроводную систему. До войны здесь была 21 водоразборная колонка. Их стало 23, а вскоре приступили к прокладке водопровода в квартиры. В каждой из них появился электрический свет. Все общежития и третья часть квартир были радиофицированы.

01.Весенн.субб. у здан. подъема, восстановл. после войны, серед. 60-х годовУлучшения материально-бытового положения шахтеры добивались путем создания собственной продовольственной базы. Руководство шахты поддержало рабочих, пожелавших завести скот. В первые дни после освобождения города его почти не было. В первые послевоенные годы двести семейств уже имели коз, выкармливали свиней, держали коров. Как отмечал в беседе с корреспондентом «Макеев-ского рабочего» тогдашний начальник шахты Максим Заглоба, лучшим рабочим – Журу, Романову, Алимову, Михайлеву – дали для выращивания телят. Соседняя мельница отпускала отруби, а на шахте открыли магазин для продажи комбикорма.

По поселку проложили дороги, его связали с шахтой асфальтовые тротуары. Вскоре были заключены договоры с рабочими на постройку индивидуальных домиков – через полтора года возле шахты возвели новый поселок.

Восстановители шахты им. Кагановича после сдачи ее в эксплуатацию сдали и мощный производственный участок на пласте «Мария». Промышленные запасы угля составляли здесь 25 тыс. тонн. Полным ходом развернулись работы по отработке участка «Верхняя Мария». Затем на участке разрезали четыре забоя.

Кризис внес свои коррективы
В середине 50-х, на ХХ съезде КПСС, был разоблачен культ Сталина, потому имя сталинского «сокола» Кагановича шахтерскому коллективу носить не пристало. Некоторое время спустя шахта объединилась с соседкой-ровесницей, именуемой «Капитальная», в шахтоуправление. С учетом революционных заслуг обеих шахт ему было присвоено название «Октябрьское». С этим революционным именем шахтоуправление трудилось до начала 90-х. За это время в его истории было немало взлетов и падений — синусоида горняцкой жизни и работы непредсказуема. В шахтоуправлении трудились замечательные бригадиры – Герои Социалистического Труда Иван Власенко и Иосиф Гриновецкий, множество других славных людей. Пройдя хорошую производственную школу, отсюда вышла плеяда руководящих работников для общественных организаций и шахт объединения «Макеевуголь», таких как В. Топалов, Ю. Лебединцев, Н. Димитриенко, А. Еремин, В. Железнов, Ю. Псарев и другие.

С наступлением 90-х в отрасли разразился экономический кризис, приведший к закрытию многих шахт. Не миновала эта участь и нашу «героиню» – с распадом Союза и обретением Украиной независимости, поправшей советские устои, шахта была переименована в «Центральную». Весной 1995 года сюда прибыла высокая комиссия министерского уровня. Она вынесла вердикт: в связи с нерентабельностью хозяйственной деятельности на шахте прекращаются очист-ные и подготовительные работы, горняков основных профессий переводят на другие предприятия, начинается работа по ее ликвидации. Решение окончательное и обжалованию не подлежит.

Тогда же на шахте состоялся прецедент, которого до этого никогда не было ни в отрасли, ни в государстве: заместитель директора по производству Юрий Церетели не согласился с министерским мнением и предложил отдать ему лаву в аренду — доказать, что шахта может работать. Хотя услышанное вызвало иронию некоторых представителей комиссии, смельчаку не отказали в его просьбе. Генеральный директор «Макеевугля» Владимир Кузяра тоже не поддерживал идею закрытия шахты и потому не стал препятствовать инициативе. С его благословения путевку в жизнь получило предприятие «Горняк-95», которое успешно работает и поныне. Но это, как говорится, уже другая история…