IMG_3927«В завораживающей гармонии жизни слышна мелодия, которую играет Вселенная», и некоторые из нас улавливают этот гармоничный ритм, транслируя его в своей деятельности, – как и герой нашей публикации – композитор, музыкант и дирижер Данил Милка (от ред. – автор нашумевших музыкальных программ Донецкой академической филармонии: «Рок-хиты», «Simply the best», «Легенды русского рока»). В уютной атмосфере в творческой «кузнице мелодий» в Донецкой государственной музыкальной академии им. Прокофьева наши корреспонденты пообщались с маэстро о «химии» вдохновения, философии «у-вэй» в музыке и повседневной жизни. Подробнее – читайте в нашем эксклюзивном интервью.


«Химия» музыки

— Данил, с чего начался ваш роман с музыкой?

— Я родился в музыкальной семье. Отец был достаточно известным музыкантом и композитором, артистом симфонического оркестра Донецкой филармонии, так что в нашем доме всегда звучала музыка. Помню, папа сажал меня на колени и играл на фортепиано различные произведения Гайдна, Моцарта, а также детские песни и другие мелодии. Вполне естественно, что и я стал заниматься музыкой, играть гаммы, небольшие пьессы, этюды.

— И у вас никогда не возникало внутреннего протеста?

— Безусловно, протест был в определенные периоды. Лет в 13-14 произошло переосмысление происходящего, и я сам начал тянуться к инструменту – импровизировал, подбирал какие-то мелодии, с утра до вечера играл на радость соседям (смеется).

Мое обучение музыке началось еще с дошкольного образования – меня водили на музыкальный кружок, где у нас был небольшой детский шумовой оркестр – помню даже, то, что в нем я играл на треугольнике. Затем пошел в музыкальную школу №1 им. Леонтовича, далее в школу для одаренных детей, так называемую “десятилетку”. Потом было все достаточно стандартно – консерватория (от ред. — государственная музыкальная академия им. Прокофьева), ассистентура-стажировка в течение трех лет. Этим летом мне посчастливилось закончить Ростовскую государственную консерваторию им. Рахманинова по специальности «дирижер оперно-симфонической специализации».

— Возможно, вы хотели бы отметить кого-то из своих педагогов либо кумиров, которые сыграли важную роль на вашем профессиональном пути?

-riVMsm97Cw— Если говорить о педагогах, то это в первую очередь мой отец. Хотя помню, что когда я был ребенком у нас было много разногласий на музыкальные темы, я не понимал его, а он меня. В консерватории меня многому научила педагог по дирижированию Людмила Попова – опытный педагог старой советской закалки, московской школы дирижирования. Во время обучения в Ростове очень многое почерпнул у известного дирижера Александра Гончарова. Он, кстати, уроженец Донецка, наш земляк.

Если же затрагивать тему кумиров, то это, безусловно, великие композиторы – Иоганн Себастьян Бах, Вольфганг Амадей Моцарт, Густав Малер, из наиболее любимых Людвиг ван Бетховен, Дмитрий Шостакович. Из дирижеров – Геннадий Рождественский, Юрий Темирканов, Владимир Минин, Артуро Тосканини, Герберт фон Караян. На самом деле, музыкальных кумиров очень много, и они не ограничиваются академическим направлением. Я, можно сказать, полиглот – интересуюсь разной музыкой: и джазовой, и эстрадной, этнической, и даже электронной.

— Мы тоже люди творческой профессии, однако и нам трудно понять, как же рождается музыка…

— На ваш вопрос можно отвечатьпо-разному, и все равно точного ответа не будет. На эту тему можно рассуждать и в техническом, и в философском ключе… Если говорить о рождении музыки, то это, считаю, в первую очередь, плод огромной, серьезной работы. Приблизительно процентов на 97-98 результат состоит из имеющихся теоретических и практических знаний, опыта, навыков, усидчивости, трудолюбия… Но помимо этих цифр существует еще один важный момент — те несколько процентов, которые наполняют подлинно гениальную музыку жизнью, одухотворяет ее. Я часто цитирую высказывание известного дирижера Юрия Темирканова, который говорит о том, что создание музыки — это особого рода «химия»: невидимая, объединяющая энергии нашего мира. Это легко можно увидеть на примере самых лучших произведений Моцарта, Баха, Мусоргского и даже Шостаковича.

— Вы бываете удовлетворены своей работой на 100%?

— Нет, конечно. Ни одним своим произведением, ни инструментовкой я в полной мере не доволен. Даже те свои работы, которые уже многократно апробированы перед публикой, все равно нуждаются в коррективах спустя определенный отрезок времени. Как говорил мой преподаватель: «Нужно, чтобы произведение отлежалось, грунт осел». Потом я снова возвращаюсь к нему, вношу правки.

«Дирижирование – дело темное»

— Расскажите о специфике работы дирижера. Это ведь очень ответственно…

— Здесь все одновременно и просто, и сложно. Есть ряд ключевых моментов о которых следует сказать. Фундаментальные основы профессии никто не отменял. Считаю, что самое важное – быть личностью. Какими бы навыками и знаниями ни обладал дирижер, если его личность вызывает сомнения или недоверие у оркестрантов – работы не получится. Это должен быть человек с большой буквы. Здесь уместно одно высказывание известного музыканта: «Перед дирижером стоглавый дракон, и он должен теми или иными способами убедить каждую, что он знает больше, чем все они вместе взятые». При этом его должны и бояться, и уважать. Римский-Корсаков говорил, что «дирижирование – дело темное». В каком-то смысле это действительно так. Добавлю только, что это еще и определенного рода энергетика, особая химия – то, что нельзя описать словами. Много раз видел это за свою небольшую дирижерскую жизнь. Бывает, коллеги говорят правильные вещи, демонстрируют прекрасную мануальную технику, но чего-то не хватает, и контакта с коллективом нет. А бывает и наоборот.

wx1080Лично я пока не считаю себя дирижером. Поскольку, если ты не продирижировал хотя бы 6 из 9 симфоний Бетховена или 5 из 15 Шостаковича, 4 из 6 симфоний Чайковского, то называть себя дирижером нельзя. Не зря ведь говорят, что дирижеры — это профессия “после шестидесяти”.

— Наверняка, в дирижерском ремесле важен определенный стиль руководства?

— Стиль – индивидуален, и зависит во многом от личности дирижера, его темперамента, характера и школы. Если даже просмотреть видеозаписи десятка великих дирижеров прошлого века, то можно, даже не будучи музыкантом, понять, что они все дирижируют по-разному. То, что мы видим на концертах, — это всего лишь вершина айсберга. Вся основная работа происходит на репетициях и “в коридорах”, при личных контактах. Можно по-разному двигать руками. Например, великий композитор и дирижер Рихард Штраус вообще это делал в незначительной амплитуде, но зато как играл оркестр!

— Интересно, случались ли курьезные ситуации на концертах? Как вы выходили из положения? Не приходилось ли ломать палочку?

— Безусловно, такие ситуации бывают. И, думаю, что еще будут. За мою небольшую практику – только два-три года дирижирую профессиональным оркестром (до этого работал со студенческим), уже случалось много курьезов. Бывало и палочки вылетали прямо на концертах, и ломал их случайно. Помню, великий дирижер Валерий Федосеев рассказывал в одной из передач, как еще в 50-е годы во время концерта он так поддался экспрессии, что воткнул кончик палочки себе в кисть. Но все равно закончил концерт, а потом уже поехал в больницу.

— Одолевает ли вас волнение во время выступления или перед ним?

— Конечно, в первую очередь испытываю волнение за коллектив, за музыкантов, которым сейчас придется играть под моим руководством. Волнуюсь, чтобы все задуманное у них получилось, чтобы губы и пальцы не подвели. Ведь дирижер звуков не издает, а ответственность за качество исполнения лежит на нем. Волнуюсь за состояние и настроение музыкантов, за сложные моменты которые лежат на кончике палочки дирижера и добавляют адреналина – чтобы все вместе вступили, одновременно сняли аккорд, взяли нужный темп. Безусловно, есть и такие места, где дирижер может (и должен) отпустить коллектив.

— Недавно вы блестяще выступили с оркестром музыкальной академии им. Прокофьева вместе с Юлией Чичериной на талант-шоу «Звезда Республики». Расскажите о вашем сотрудничестве.

vMp330rMyPM— Общение и сотрудничество с ней мне очень понравилось. Она неординарный творческий человек, и на сцене, и в жизни — очень эмоциональна. Естественно, в процессе работы возникали разные ситуации, связанные с профессиональными моментами. К сожалению, ноты аранжировок песен для симфонического оркестра писал не я, поэтому остался недоволен ими. Однако, в итоге все прошло замечательно, сотрудничество было позитивным. Стоит отметить, что оркестр собрался на добровольных началах – ведь это не входило в программу студенческого курса (были каникулы), да и выпускники изъявили желание поучаствовать. К тому же, Юлия замечательно исполняет свои песни, поэтому у нас получился хороший концерт. В будущем хотелось бы продолжить сотрудничество, усовершенствовать нотный материал, расширить состав оркестра. Надеюсь, наше сотрудничество с Юлией Чичериной получит развитие уже в этом сезоне.

— Над чем сейчас работаете?

— В начале марта планируется презентовать публике две новые программы, которые практически полностью состоят из моих инструментовок и произведений. Сейчас как раз занимаюсь созданием нотного материала. А это, как известно, самый длительный и сложный процесс. В итоге 2 марта будет исполнена моя авторская программа, а 8-го – прозвучат красивые лирические песни, посвященные женщинам.

«Ночами снятся партитуры»

— Знаем, что вы увлекаетесь горным туризмом. Какие горы покорили? Успеваете ли уделять своему хобби время?

— Конечно, хотелось бы выходить в горы минимум два раза в год, в идеале – недели на три. Но не всегда получается – мой инструктор тоже очень занят. Мы покорили Крымские горы, Кавказ – в длительных походах бывал там 7-8 раз. Однажды отправились в Хибины – это горный массив в Мурманской области. Как раз попали на полярный день.

— Наверное, горы для вас – источник вдохновения, там вы восстанавливаете силы, напитываетесь энергией?

— Безусловно, ощущаю, что там происходит компенсация физических сил и душевных. Это помогает отдохнуть морально и окрепнуть физически.

— Какую мелодию вы бы назвали саундтреком своей жизни?

— Какой-то одной мелодией здесь явно не обойтись, ведь жизнь неоднозначна и многогранна. На выбор саундтрека может повлиять настроение, происходящие вокруг события, даже погода за окном. Безусловно, на данном этапе жизни у меня есть любимые мелодии, но в голове обычно постоянно сидит та, над которой непосредственно работаешь. Недавно заметил, что музыка в моей жизни звучит круглосуточно. Бывает, даже снится партитура, над которой я в данный момент тружусь.

— Каков ваш вкус жизни?

— Пожалуй, это чувство, когда ты понимаешь, что дело, которому отдаешься в данный момент, приносит результат, отдачу. Вкус жизни — это твое внутреннее ощущение гармонии с тем, чем ты занимаешься. Такое чувство может возникать не только в творческой работе, но и в повседневных делах. К слову, у древних китайцев есть понятие «у-вэй» — это то, что происходит само собой, естественно, в гармонии с внутренним состоянием и настроением.

— Что пожелаете нашим читателям в преддверии предстоящих праздников?

— Конечно же, мира, чистого неба, здоровья и согласия в семьях. Еще пожелаю гармонии, трезвого мироощущения, чтобы стекла нашего внутреннего мира оставались чистыми и прозрачными, определяя понимание происходящих вокруг событий.

Любимый чай Данила Милки
— К кофе отношусь с медицинской точки зрения – для меня это, прежде всего, стимулятор мозговой деятельности.. Что касается чая, то я уже лет 10 пью различные сборы крымских трав, тщательно подхожу к выбору их состава, учитывая их лечебный эффект. Всем рекомендую!