Прописавшаяся на окраине макеевской географии Грузско-Ломовка, защищаемая от всех ветров холмами роскошной донецкой степи, в ХХI веке вновь попала в шквал отнюдь не стихийных страстей. Непонятная война, один из эпицентров которой был буквально в десятке километров, в Иловайске, не могла обойти стороной поселок по реке Грузской.

Конечно, тому же Иловайску или расположенному на полпути к нему Грабскому досталось поболее. Но разве вообще мирные жители заслуживают такой участи? Тем более, их-то и осталось — раз-два и обчелся, ибо практически нет в поселке точки приложения рук.

Откровенно говоря, уже в конце прошлого века о Грузско-Ломовке вспоминали вообще разве что охотники за металлом, пролетами вырезавшие в степи провода ЛЭП во время веерных отключений электроэнергии. Но именно то пасмурное время назвало имена меценатов — Александр Дарда и Николай Выхристюк, которые уже около двух десятков лет вкладывают здесь не только деньги, но душу и сердце.

Раненый храм встречает прихожан
Храм Смоленской иконы Божией матери «Одигитрия» первым принял на себя удар современной военной мощи.

— Это чудо — что храм выжил, — рассказывает архимандрит Никон. — 80-я мина угодила в… 80-ю полку, такое вот совпадение. Арка перекрытия согнулась, но устояла. Осколки от 16-го двутавра, принявшего на себя смертоносный заряд, разлетелись в разные стороны, ранив стены. Только штукатурка посыпалась, и находившиеся в то время (3 часа пополудни) люди, муж и жена, не пострадали. А если бы мина пошла чуть влево или вправо… Или если бы мы при ремонте храма в 2000-м строго технологию соблюли, этот двутавр был бы в другом месте. Дело в том, что расстояние между двутаврами должно быть 80 сантиметров, а мы их ставили через метр — из-за напряженки с металлом. Но все это не случайно — на все была воля Божья…

При помощи Николая Выхристюка раны войны на стенах залечили — перекрыли крышу, оштукатурили стены, и прихожане по-прежнему приходят сюда на службу.

Православная церковь молится за примирение, отмечает отец Никон:

— Эта война — братоубийственная. После того, как Каин убил Авеля, и продолжается это падение. Мы не видим врагов через ту сторону фронта — мы знаем, что это наши братья. Но кто-то им внушил мысль, что надо прийти воевать сюда. Что мы их враги… Церковь настраивает людей: надо молиться за мир, надо любить, надо прощать…

Страница из прошлого
В 1941 году при отступлении Красной Армии был приказ уничтожить мостик через Грузскую возле монастыря и храм, на колокольне которого мог бы затаиться корректировщик огня или снайпер — оттуда видно все как на ладони (впоследствии немцы действительно оборудовали там снайперское гнездо).

И взрыв был. Старушки рассказывали, что видели, как церковь поднялась в воздух, а потом стала на место целой и невредимой. Правда ли это?

По другой версии, местного дедушки, в тех же 40-х мальчишки стрельнули из подбитого поблизости немецкого танка и по роковой случайности попали в храм…

— Когда же при ремонте храма начали обивать штукатурку из стен (они — из природного камня), то увидели: от алтаря через весь центральный купол идет трещина, — рассказывает отец Никон. — Сразу думали, проседает храм от подземных выработок шахты «Моспинской» и даже стали заливать бетон для укрепления основания. Но все же пригласили эксперта строителя. А тот определил: трещина пошла 60 — 70 лет назад…

Значит, взрыв в 1941-м действительно был. Только производил его, скорее всего, верующий шахтер-взрывник, который направил взрывную волну вовне и спас храм.

Здесь помощь обретают нуждающиеся
Год назад многие прихожане в храм ходили за продуктами, и возможность оказать им помощь была. Церковь получала гуманитарку из Краснодара. Сейчас поток снизился в разы — люди стали получать хоть какие-то пенсии, потому и благополучие их улучшилось. Да и летом свой огород кормит. Потому сегодня люди больше обращаются за утешением. Все хотят мира.

Приютом для многих во время активных боевых действий стал женский Свято-Касперовский монастырь. Расположенный в низине, он оказался вне досягаемости убийственных снарядов. И — не только потому.

Как рассказывают послушницы, во время особо интенсивного обстрела они видели очертание руки, нависшей над монастырем и защитившей всех, кто нашел здесь кров в особо опасное время.

Невредимым остался и скит — так в поселке называют монастырское подворье. Коровы, козы, овцы, фазаны, пчелы, за которыми смотрят насельницы, пережили фронтовую грозу.

Более того, территория потихоньку благоустраивается. Николай Выхристюк рассказывает о планах, но пока — не для газеты. Сначала — дело. Таков один из главных жизненных принципов Николая Васильевича.

Страница из прошлого
12 июля 2003 года в монастыре было двойное торжество — день памяти первоверховных апостолов Петра и Павла и престольный праздник обители — Касперовской иконы Пресвятой Богородицы (к слову, она издавна слывет покровительницей юга Руси). Эти торжества были ознаменованы чудесным явлением. Когда после литургии насельницы монастыря и паломники совершали крестный ход вокруг храма в честь Смоленской иконы Божией Матери, они заметили, что с западной стороны церкви в небе распластался огромный четырехконечный крест из облаков. Одна из паломниц успела заснять его на фотопленку — после того крест сразу изменил форму и уплыл под напором ветра.

Верующие расценили явление креста над монастырем в день его престольного праздника как знак особой милости и близости Божией к этой обители, к этой земле.

Не пускайте доллар на престол
Сегодня эта благословенная земля не просто переживает непростые времена — здесь сквозь грохот снарядов пробиваются ростки новой жизни. Самый яркий пример — дорога от Иловайска до Моспино, которая сойдется у стен монастыря. Разговоров о ней было много и в прежние времена. Но — только разговоров. А сейчас она реально строится. Причем без привлечения строительных организаций — исключительно силами верующих.

Архимандрит Никон руководит всеми работами как профессиональный дорожник, хотя он по первому образованию — инженер-механик. Есть у него и надежные помощники, главный из которых — Александр Афанасьев. Парень все умеет, любой техникой управляет.

А дали технику тоже верующие. Бульдозер, экскаватор, самосвал… С их заправкой также вопрос решился по доброй воле. Стройматериалы здесь местные — глина, кварцевый песок. Только отвальный шлак приходится завозить — здесь полное содействие оказывает Александр Дарда.

— Помогают нам и добрые люди из Моспино, из Харцызска, из Донецка, — отмечает отец Никон. — Один из предпринимателей готов полностью покрасить храм за собственные средства. Хотя есть и такие, которые даже за небольшую помощь церкви счет выставляют… Пока есть люди, которые готовы хоть немного отдать на общее благо, мир будет жить. Но если на престол сядет доллар, мир рухнет.

…Стараниями сестер Кутейниковых в далеком 1893-м здесь была построена церковь. 100 лет спустя — монастырь. И войны не могут их разрушить. Случайно ли это?

— У нашего города есть свой покровитель — святой Илия Макеевский, — говорит отец Никон. — Он еще в годы Великой Отечественной войны сказал: не уезжайте из Макеевки.

— Господь Макеевку сохранит. Когда год назад здесь проходила линия фронта, соблазн уехать был велик. Но я снова и снова вспомнил слова нашего покровителя и остался с верой в то, что будет у нас мир — и в семье, и в стране. Всем макеевчанам я желаю твердой веры.

Сергей Телица.

Фото Руслана Шулюпова.